"Макарац" А.Ревазян - Потомки Змея







МАКАРАЦ

 Арман Ревазян
Вы вошли как:- Гость | Группа "Гости"Приветствую! Гость

Поиск

Пользовательский поиск

Facebook

Где купить книгу



Flag Counter



Потомки Змея



Потомки Змея

Descendants of the Snake


Оставить армянский язык в покое христиане не могли вот еще по какой причине: - Когда армяне произносят выражение "Потомки Армян”, они говорят hayawrdik "հայորդիկ”, которое слитно звучит как – hayawrdik (հայորդիկ), а раздельно как – *hay ordik (հայ [վ]որդիկ).

Это, как уже, наверное, понятно, происходит из-за правил правописания армянской буквы – ո (օ). В начале слова она читается как  о [vo], а в середине и конце слова, как – aw [o].

Как мы видим, это сложное слово/слитно произнесенное словосочетание, где հայ (hay – самоназвание армян), а որդիկ (ordik – потомки, сыны) от որդի (ordi – сын).. И вот на что здесь следует обратить особое внимание: Мало того, что самоназвание армян соответствует имени шумерско-аккадского бога змея Haya, так вместе с тем слово որդի (ordi – сын) звучит практически также как слово որդ (ord), которая в современном армяно-русском словаре значится как червь. Наше ассоциативное восприятие уже должно подсказать нам, что это не может быть совпадением, ведь червь по сути и есть маленькая змея. Все так, да не так! 

Дело в том, что в ассоциативном восприятии армян, так же как и в восприятии представителей иных народов и наций, слово "червь”, да и сам червь вызывает презрение, и потому в армянском языке до эпохи христианизации сущАрмянеествовало строгое разграничение между понятиями "змееныш” и "червь”. Для слова "червь” употреблялось  ճճու ,ճիճու ( čču, čiču), в то время как слово "որդ” (ord) определяло исключительно понятия "маленький змей, змееныш” и именно с этим последним значением имело соответствие и единое происхождение слово որդի (ordi – сын). Таким образом получалось, что когда армяне произносили - հայորդիկ (hayawrdik), имея в виду "потомки армян”, то это одновременно значило "Змееныши армян”, "Потомки змея Haya”, "Змееныши Haya” и т.д.

Выше мы отметили для себя, что слово  mar, бытующее в народе со значением «змея», некоторыми исследователями и Мовсесом Хоренаци, также отождествляется с мидийцами – mad > mar, но на самом деле слово mar имеет шумерское происхождение и своим значением точь-в-точь соответствует армянскому vord, и потому нет никакой надобности в  mad>mar.

В связи с этим будет небезынтересно проанализировать работу Антуана Мейе относительно ordi.

Рассуждая о словах, определяющих членов семьи, Антуан Мейе отмечает странную особенность, касающуюся арм. ustr «сын». Проведя сравнение с индо-европейскими аналогами этого термина (санскр.sūnúh, зенд.hunuš, др.слав.synŭ, лит.sūnùs, др.прус.soūn, гот.sunus, др.исл.sonr, др.герм.и англ.sunu), Мейе выражает свою озадаченность несоответствием с этим арм.ustr – « ..относительно той нации, чья конституция, насколько это можно видеть, патриархального типа, ничто не было столь важно, сколь сын, который обеспечивает продолжение рода, и кажется странным, что значащее слово «сын» , было столь изменено..»8

Далее Мейе приходит к поразительному выводу – «Форма арм.ustr оставляет такое впечатление, что она, эта форма, искусственна и подменяла более древнюю форму, которой старались избежать»...

Можно было бы понять Мейе как одного из аппологетов индоевропеистики, который, замечая несоответствие формы армянского слова с общим для других индоевропейских форм, объясняет это различие сравнительно поздними изменениями в армянском словаре (аналог мы видели в утверждении Джаукяна относительно арм. *haryur «100»), но ведь Мейе не ограничивается этим, он четко и ясно говорит:

1. *Ustr – искусственного происхождения

2. *Ustr – ом подменяли древнюю форму, которой старались избежать.

У меня под рукой нет материалов благодаря которым я мог бы выяснить причину приведшую Мейе к двум подобным заключениям, но очевидно одно: у него были поводы подозревать эту подмену. Как данность, отметим, что предметом исследований Мейе являлись образцы ранне-христианских произведений, написанных на Грабаре, а следовательно, именно в них Мейе обнаруживает старания словом ustr заменить более древнюю форму.

Говоря о своих подозрениях, Мейе по крайней мере здесь не задается вопросом о причине, приведшей к необходимости подобной подмены...

Вместо этого Мейе пишет следующее: - «Между прочим, среди армянских слов имеющих значение «сын», ustr не является главным, обычное слово ordi (որդի)», и это действительно так, но чуть позже Мейе вдруг утверждает - « В армянском новым словом является лишь ordi (որդի), в то время как древняя форма dustr для ałčik (дочка, девочка) сохранилась».

Понятно, что dustr «дочка, девочка» легко вписывается в индо-европейскую концепции (герм.tóchter, англ.daughter, слав.дщерь,дочерь и т.д), чего не скажешь об ustr и ordi.

Если относительно ustr у Мейе существует подозрение (или уже убеждение?) об искусственном происхождении этого слова, чем и объясняется его несоответствие с индоевропейским рядом, то для ord «сын», который также не вписывается в индо-европейский ряд, Мейе находит иное объяснение.

Признавая, что  ordi это основное в существующем армянском словаре слово, обозначающее «сын», Мейе тем не менее  полагает, что ordi для данного значения это новообразование, произшедшее от orť (որթ) , но даже не в прямом его словарном значении «виноградная лоза», а как orť > horť (теленок), благодаря чему получает соответствие с индоевропейским рядом (санскр. pRthukah «детеныш животного,дитя», греч.πορις и πορτις «телка, телица» и «молодая девушка», др.р.герм.far «корова») и выводит из этого, что  orť (որթ) представляет индо-европейскую основу porthu-, а форма ordi происходит от portiyo.9

При всей моей любви и уважении к Антуану Мейе, я отказываюсь верить в то, что ему было неизвестно о существованиии армянского ord в современном значении «червь». Чистый лист

Эта его работа приведена с сокращениями и я бы не удивился, узнав что пропущенные абзацы содержать сведения и об этом. Впрочем, легко догадаться, что Мейе делает однозначный вывод о том, что армянское ordi (сын) не имеет отношение к армянскому же ord (червь), во-первых, потому, что это не вписывается в индоевропейскую концепцию, а во-вторых, потому, что согласно его собственным словам, в обществе патриархального типа ничто не было столь важно, сколь сын, а следовательно, вряд ли армяне назвали бы сына червью.

Вот здесь как раз и находится камень преткновения. Не подозревая истинного значения слова ord в др.армянском языке и зная лишь значение «червь», сформированное в эпоху раннего христианства, Антуан Мейе не мог представить, что ord это вовсе не новообразование, а именно то древнее слово в значении «сын», которое ранними христианами подменялось искусственным ustr. (О несоответствии с индоевропейским рядом поговорим позже)

Пара «сын» и «дочь» в древнеармянском представлялась именно как ordi и dustr. Чтобы в этом убедиться, достаточно заметить игру слов. Учитывая то, что практически все народы имеют привычку называть дочкой  не только кровную дочь, но и невестку (особенно в патриархальном обществе), то не удивительно, что при слитном, за счет элизии -i произношении двух этих слов orduster, получаем снисходительно-ироничное ordus ter (որդուս տեր) «Хозяйка [моего] сына». 

 Что же касается того, что в сегодняшнем армянском словаре слова ճճու ,ճիճու ( čču, čiču) и որդ (ord) являются синонимами, то здесь явственно видна рука все тех же радетелей за "светлое будущее”, которые, вбивая в сознание армян, что  որդ (ord), это червь, тем самым вбивали в них и умозаключение, что созвучие որդ (ord) и որդի (ordi) случайно.

В подтверждение сказанного приведем цитату из Древнеармянского Словаря,10-  определение слова Mayraker – «Прозвище гадов (iž), злобных червей, ибо они кедро-поедающие» . Однако приведенный нами перевод с армянского без дополнительных пояснений не способен отобразить действительный смысл сказанного.

Во-первых, необходимо заметить употребленное здесь iž, о котором мы уже имели повод говорить, что уже само по себе указывает на отрицательность этого вида червей, во-вторых, само слово mayraker - двухкорневое от mayr(a), которое одновременно выражает значения «кедр»,«мать» и  ker «с.еда и гл. кушай, ешь», из чего следуют значения «Поедающие кедр» и «Поедающие мать». Если с первым из приведенных значений слова mayraker все понятно, ибо очевидно, что речь идет о древесных червях, то второе значение, на первый взгляд, может показаться нелепостью. На самом  деле, ответ следует искать в слове ĉaračči (չարաճճի), которое во имя контекста было змейпереведено мною как «злые черви». Перевод безусловно верный, поскольку ĉar (չար-злой),  čči (ճճի -червь). Однако необходимо учитывать также, что слово ĉaračči (չարաճճի) армяне употребляют в значении «шаловливый ребенок», а это со всей очевидностью, очень и очень архаичное  явление армянского языка.

Таким образом становится ясно, что перевод «Поедающие мать» также имеет смысл, то есть «Поедающие (нервы) матери». Нота недовольства поведением очевидна, иначе матери бы не стали обзывать свое чадо словом «čči» (червь), а тем более «ĉar» (злой). Это сходно с тем, как русские, выражая свое недовольство поведением ребенка, обзывают его маленьким гаденышем, не имея при этом никакой симпатии к гадам, что тоже очень архаичное явление, выводящее армян и русских на одно и тоже философское поле.

Однако при всем при этом, очевидно двоякое отношения армян и к червям также. Эта двоякость уже сама собой подчеркивается присутствием  слова «ĉar» (злой), ведь если бы не признавали за червью ничего положительного, то не было бы и нужды подчеркивать «ĉar» (злой)  для «čči» (червь), вместо этого сказали бы просто - «čči» (червь). Тем не менее, армянский словарь не содержит антонима для ĉaračči «шаловливый ребенок, злой червяк», который, если бы был, то должен был  звучать как baračči , где bar(i) "добрый», но такого слова не существует в природе, как и не существует иных комбинаций с čči по отношению к ребенку или же взрослому человеку. Любое употребление čči относительно человека воспринимается как оскорбление, но при этом опять же слово čči по отношению к червям, как явлениям природы, не является носителем какой-либо негативной информации, для негатива оказывается обязательным присутствие ĉar (злой). Это, по всей видимости, происходит благодаря, во-первых, аналогии с Мудрым змием (Hayoc), которому противостоит Ядовитый змей (Iž Dałaka), а во-вторых, благодаря тому, что армяне уже очень давно обнаружили, что и червь червю рознь и, что есть отличные от обычных земляных и древесных черви, которые весьма полезны.

В первую очередь это, безусловно, знаменитый червь Vordan Karmir (кашениль). Эта червь была настолько важна  для армян, что ее отказались даже называть червью. Именно для нее был придуман новый термин – Vordan (отличимый от Vord (малый змей) суффиксом an), ибо даже при всем желании ее  не сравнить со змеей, а по качествам не сравнить с червью. Она водится в Араратской долине и, как мне известно, современные армянские ученые делают все возможное для  сохранения этого вида и для воссоздания технологии получения красной (пурпурной) краски, которую в древности армяне получали именно из Vordan Karmir11 . Эта краска была одной из главных статей армянского экспорта. Будучи очень устойчивой, она применялась для окрашивания дорогих тканей. Ткань приобретала такой роскошный цвет, что очень скоро одеяния этого цвета стали очередным символом монархии. Одежду из этой ткани, в особенности царские плащи, носили монархи всего мира, от Испании до Китая. Дело дошло до того, что Армению стали называть «Страной Vordanа», а краску «Армянской». Технология получения краски держалась в строгой тайне и потому ныне она утеряна.

Впрочем, по части производства устойчивых красителей, по всей видимости, Армения занимала первое место...Так, например, об армянской лазури (ультрамарине) упо­минает Марк Поллион: «За суриком идут краски: хризоколла (малахитовая), пурпур, ар­мянская лазурь (ультрамарин). Все эти краски, когда они наводятся, производят на глаз ослепительный эф­фект».12 Витрувий подчеркивает: «Что касает­сяМарк Ветрувий армянской лазури и индийской синевы (индиго), то самими своими названиями они указывают на свои месторождения». Плиний также пишет::- «Armenia mittit quod eius nomine appellatur....»13

Второе место среди знаменитых червей, безусловно, занимали пиявки. Известно, что их применяли в медицине с самой глубочайшей древности.

Третье же место на пъедестале почета принадлежит червям, благодаря которым людям удавалось добывать фимиам.

 «Деревья с которых сочится фимиам, тонкоствольны. Самое большие из них имеет толщину ярма.  Червь, войдя под дерево, поедая его, поднимается до края дерева и там гибнет. И таким вот Божьим старанием фимиам и сочится с дерева.»14 - пишет Анания Ширакаци.

После всего этого понятно, что точащие толстые стволы кедров «злобные червяки» не относятся к уважаемым армянами червям. Однако ведь совершенно ясно, что толщина стволов не может быть причиной любви или ненависти, если, конечно мы не вкладываем в это утверждение иных, не имеющих отношения к контексту, смыслов. В таком случае: в чем причина антипатии, которую испытывают армяне к червям, поедающим кедр? 

Все представленные статьи сайта защищены "Законом об Авторском Праве". Убедительная просьба при цитировании ссылаться на сайт makarats.ru и книгу "Макарац".





 











Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Copyright © 2009-2012 Arman Karleni Revazian, Erevan, Armenia. All Rights Reserved.