МАКАРАЦ

 Арман Ревазян
Вы вошли как:- Гость | Группа "Гости"Приветствую! Гость

Поиск

Пользовательский поиск

Facebook

...



Flag Counter



Приложение к главе Навасард


Здесь, на примере армянских слов eritasard (юноша,молодой человек) и navasard (1-ый месяц др.армянского календаря), мы не только проанализируем логику действий лингвистов от индоевропеистики, но и укажем изъяны, а затем покажем, что именно может пропустить исследователь, стремясь подтвердить свою сопричастность к науке на основе одних лишь прежних положений и методов, почему-то выдаваемых  ими как за единственно научные. 
Какого бы то не было определенного и самостоятельного значения для «nava» в известных иранских языках не существует.Но зато вместо этого существует убежденность в том, что это слово должно было существовать в иранском и, естественно, должно было иметь свое самостоятельное значение. Поэтому производится реконструкция, и она производится посредством сравнения «согд.nwsrδ (nausard) «первый месяц», хот-сак.nauhasalve «нового года» и ассир.(< иран.) nausardil «новый год», с последующим выделением «nava» как самостоятельной словарной единицы иранского языка в значении «новый» (рис 1).

Учитывая с этим созвучие славянского «новь» (>рус.«новый»), реконструкция выглядит более чем убедительно. Однако по моему глубочайшему убеждению, здесь не учтены причинно-следственные связи, о которых нам еще предстоит поговорить.
Заметим один многозначительный нюанс: ни в одной из работ, посвященных реконструкции общ.иранского *nava, в том числе и в работе Джаукяна, в череде согд.nwsrδ, хот-сак. nauhasalve, ассир. nausardil, не указывается армянская navasard, хотя совершенно очевидно, что арм.navasard в качестве объекта для реконструкции иран.*nava ничем не уступает всем вышеприведенным из иных языков словам.
Если это верно, а это безусловно верно, то возникает вопрос - почему в этой череде реконстукторы не приводят армянского navasard? Попробуем ответить!
Эта книга является доказательством моего существования (настоящего или былого), иным доказательством этого наисчастливейшего обстоятельства, сравнимого разве что с рождением Вселенной, являются мои сыновья. Вместе они доказывают мое существование. Но и врозь они делают тоже самое! Для доказательства моего существования, мы можем сослаться на существование даже одного из моих сыновей. Этого вполне достаточно! Таким образом очевидно, что разные, даже косвенные, отдельно взятые из целой череды доказательства, являются самостоятельными и достаточными.   
Таким образом, при реконструкции иранского *nava мы можем ссылаться на все вышеперечисленные слова вместе взятые, а также на каждый, отдельно взятый.
Например, не обращая внимания на хот-сак. nauhasalve и ассир. nausardil, мы можем указать на одно только согдийское nwsrδ, и на основе выделенного nw утверждать о существовании иранского  nav.
И тут уже не важно, что в своем гордом одиночестве согдийское nwsrδ, не способно доказать существование иранского nav. И не важно это постольку, поскольку мы знаем конечный результат. Ведь и старина Маркс, однажды сравнивая историю с анатомией, исходил из обратного посыла, совершенно справедливо замечая, что «..намеки на высшее у низших видов животных могут быть поняты только в том случае, если это высшее уже известно».
Однако тогда, когда мы делаем то же самое с армянским navasard, получается, что для доказательства того, что слово navasard  армянским языком перенято из иранского, необходимо выделить из арм.navasard  частицу nava, на этом построить «иранское» navasard, а затем, ссылаясь уже на это искусственное новообразование утверждать, что армянское navasard перенято из иранского(?!). Получается то, что получается (см.схема 3.1)!



Таким образом, отсутствие арм.navasard в реконструкции иран.Навасард объясняется только лишь тем, что ее авторы видели слабую сторону своей постановки и прекрасно  понимали, что это сродни тому, как если бы Дарвин стал утверждать, что процесс эволюции человека начался с самого человека.



И вот, чтобы не обнажать нелепости этой логической конструкции, в совершенстве схожей с той нелепостью, которая присутствует на рисунке 2, было вынесено самое простое решение – не вписывать арм.navasard в череду вышеприведенных слов.
Мне, конечно же, могут возразить, указав на то, что ту же самую схему можно начертить относительно любого фигурирующего здесь, слова.
Однако заметим: с одной стороны, фигурантом является не-индоевропейское, семитское-ассирийское nausardil. С другой стороны, индоевропейские-иранские-согдийский и хотто-сакийский, выдавшие формы  nwsrδ  и nauhasalve. С третьей стороны, индоевропейский-армянский со своим navasard.
Очевидно, что когда из четырех форм одного и того же слова, три принадлежат индоевропейским языкам, и лишь один семитскому, то вопроса о том является или не является  асс. navasardil перениманием, не стоит. Такого вопроса не стоит и в случае с хотто-саккийским и согдийскими формами, уже по той причине, что эти языки иранские и потому нет ничего необычного в том, что посредством двух иранских языков реконструируется один обще-иранский словарный состав.
Фактически, вопрос о том откуда и куда состоялось перенимание, имеет смысл лишь в случае с армянским navasard.
Следовательно, указывать армянское слово в качестве фигуранта реконструкции иранского слова, из которого позже, сам же будешь выводить происхождение армянского слова, некорректно. И вот повторимся - именно стараниями не дать проявиться этой самой некорректности как раз и обьясняется отсутствие арм.navasard в качестве фигуранта при реконструкции иранского соответствия.
Вот поэтому,  зная от пчеловодов недопустимость подкармливания пчел сахарным сиропом, ибо от этого страдает качество меда, я все же воздержусь  давать руку на отсечение, что те же пчеловоды не делают обратного, когда сами же этот мед продают. Я бы поостерегся доверять эти пчеловодам и во все остальном...
Но вот, прикрыв на это глаза, на основе уже реконструированного иранского *nava «новый» и примененного в Авесте  слова sarəda «год», производится очередная реконструкция. В результате мы получаем еще одну реконструированную словарную единицу иранского языка - *navasard «новый год», которая точь- в- точь соответствует названию первого календарного месяца древних армян –Navasard. (см.схема 2)
                                      

Во первых, уже то, что на этом пути мы вынуждены дважды находить неизвестное, само по себе любопытно. Мы точно не знаем, мы лишь на основании сравнения и выделения части слова полагаем, что общий для всех иранских языков словарный запас содержал слово *nava «новый», а затем на основании этого предположения предполагаем наличие в иранском слова *navasard, хотя при этом даже не можем с достаточной степенью убедительности утверждать, что примененное в Авесте слово sarəda «год», в свою очередь, не являлось перениманием из иного языка не иранского происхождения.
Поводом для сомнения относительно того, что обнаруженная в Авесте sarəda «год» является иранским словом, служит хотя бы тот факт, что помимо согдийского, ни один из иных иранских языков не сохранил его и что даже в согдийском srδ (sard) выступает не как самостоятельная словарная единица, а как часть слова nwsrδ (nausard), точь-в-точь соответствующей  не иранским арм. navasard и асс.navasardil.
Вместо этого, в иранских языках для значения «год» распространенным является sāl, присутствующий как самостоятельная словарная единица в средне-персидском и как часть слова в хотто-сакийском – nauhasalve.
Попытки вывести sāl из sard, (āl<ard) будут выглядеть малоубедительно. Впрочем, я и не встречал чьих-либо попыток утверждать это. Будем считать, что это моя недоработка, но и тогда остается в силе одно лишь мое, пусть умозрительное, но мнение - sāl не мог произойти от sard.
Фактически, в качестве инструментов для реконструкции иранского *navasard были использованы всего лишь два предположения, потому что принадлежность nava иранскому языку спорна так же, как спорна принадлежность ей слова sarəda. Нельзя на двух спорных положениях вывести одно бесспорное, каковым пытаются выставить предположение о иранском происхождении армянского navasard.
Во-вторых, возникает вопрос: почему в средне-персидском, где для значения «год» существует sāl, не образовалось navasāl, как это случилось в другом иранском, хотто-сакийском, языке - nauhasalve «нового года»?
В-третьих: почему в средне-персидском (пехлеви, парфянском) не сохранились ни *nava для значения «новый», ни *sard для значения «год»?
Не говорит ли все это о том, что слово navasard попало на иранскую почву, в согдийский, уже в том виде, в каком мы его наблюдаем?
Теперь обратим внимание на то, как именно пытаются объяснить происхождение армянского слова eritasard «молодой, юноша» (см.схема 3).

В качестве иранской праформы для арм. erita- (в слове eritasard «молодой, юноша»), приводится ср.перс.rētak (молодой, юноша) и при полном безразличии к существующему в ср.персидском sāl «год», при помощи все того же обнаруженного в Авесте слова sarəda «год» производится реконструкция иранского *rētak-sard, которое, якобы и являлось объектом перенимания в армянский язык.
Обращает на себя внимание тот факт, что ни один из иранских языков не сохранил ничего близкого к гипотетической проформе *rētak-sard, но по стечению обстоятельств, это сделали армяне. На данном этапе мы можем тешить свое самолюбие в ожидании благодарности от дружественного нам народа Ирана за дело сохранения фрагментов исконного языка их древних предков, что, собственно, не так уж и мало.
И все- таки остается какое-то странное ощущение! Ведь как не крути,происхождение фактически существующего армянского слова  eritasard выводится из фактически несуществующего иранского *rētak-sard, а потом из несуществующего иран. *Navasard выводится существующий арм.Navasard (см.схема 4), из несуществующего *hoyak выводится существующее aheak (левый), и т.д.  Схожих примеров великое множество. Если бы это касалось всего нескольких слов, то учитывая все вышеизложенное, все было бы легко объяснимо. Мало ли по каким причинам могло это произойти!  Но ведь мы имеем такое множество сходных примеров, что по сути, это уже похоже на систему.



Внимательно рассмотрев подобную технологию реконструкции, невозможно не прийти к выводу, что если бы эти слова не присутствовали в армянском языке, то никому бы и в голову не пришло производить подобную странную «реконструкцию».
Меня могут обвинить в том, что таким образом я утверждаю, будто вся дисциплина, направленная на реконструкцию индоевропейского праязыка, простая фикция... Ничего подобного!  Я лишь очередной раз утверждаю, что исследователи языка переоценивают свои возможности, когда полагают, что подобную реконструкцию можно произвести, опираясь только лишь на словари. Действительно, очень часто словарные реконструкции кажутся простыми и логически выверенными, точно так, как в вышеприведенном примере, и именно эта кажущаяся простота в итоге приводит к тому, что исследователь увлекается одними лишь словарными инструментами, совершенно не желая задействовать историю, хронологию, философию, без которых всякая попытка реконструкции мертвых языков обречена быть носителем бесчисленного количества ошибок. Даже в тех случаях, когда все же обращается внимание на иные, не словарные указатели, то и тогда это рассмотрение производится  крайне поверхностно.
Но ведь согласитесь, даже при самом поверхностном рассмотрении  возникает вопрос – как именно утверждение о том, что армяне переняли из обще-иранского языка слово *rētak-sard,  может согласоваться с позицией академика Дьяконова, согласно которой если бы армяне были автохтонами Армянского нагорья, то они, безусловно, имели бы больше словарных перениманий от соседствующих с ними семитских языков, чем это имеет место быть?
Собственно говоря, ведь именно это положение, озвученное уважаемым академиком Дьяконовым, стоит во главе угла того представления, согласно которому, и в рассматриваемом нами примере также, армяне в априори рассматриваются как перенимающая сторона.
Но ведь тогда же возникает диссонанс – невозможно, с одной стороны, утверждать, что армян не было здесь, чтобы перенимать у древних семитов, а с другой  утверждать, что армяне были здесь, чтобы перенимать у древних иранцев, потому что приводимые перенимания (если их принимать за таковые) в достаточной степени архаичны и следовательно, у армян было много времени, чтобы успеть также и у соседних семитских народов перенять такое количество слов, которое  позволило бы академику Дьяконову утверждать об автохтонности армян.
Фактически, мы отталкиваемся от истинного утверждения А, чтобы доказать истинность утверждения В ставящего под сомнение истинность утверждения А. Парадокс!
Как же выпутаться из этого чертова круга? Очень просто! Я уже не раз указывал на то, что необходимо коренным образом отказаться от бытующих в современной науке представлений относительно происхождения армянского языка и армянского народа. И я утверждаю, что в данном, пусть конкретном случае также, армянский язык был не перенимающим, а ровно наоборот - источником перенимания для других языков.
В самом начале этой статьи мы указали на то, что отправной точкой исследования относительно происхождения армянских слов eritasard и navasard является замечание о том, что общим в двух этих словах является корень sard и вместе с тем выразили кажущееся нам логически верным предположение, что невозможно армянские nav «корабль» и sard «паук» задействовать для выяснения этимологии двух этих вышеозначенных слов – корабль паука?
Главным образом, именно этим соображением и была  инициирована попытка найти объяснения посредством иранских языков. Таким образом нам, в первую очередь, следует выяснить, а так ли уж мы были правы?  Что собственно и делается в главе, названной "Навасард".

Онлайн всего: 2
Гостей: 2
Пользователей: 0

Copyright © 2009-2012 Arman Karleni Revazian, Erevan, Armenia. All Rights Reserved.