МАКАРАЦ

 Арман Ревазян
Вы вошли как:- Гость | Группа "Гости"Приветствую! Гость

Facebook

ПОИСК










Каталог статей

Главная » Статьи » Разное


Казна Золотой Сечи

Казна Золотой Сечи

Поздним вечером 5 июня 1834-года в храм Святого Креста (Сурб Хач) в Новой Нахичевани, ворвалась разбойничья группа.
Священослужители, которые уже собирались расходиться по домам были повалены на пол и подверглись жестокому избиению. Разбойники требовали указать место захоронения клада, на что монахи отвечали, что ничего об этом не знают.
На шум прибежал настоятель храма отец Арутюн.. Не успев понять в чем дело, он тут-же был зарублен топором.. Разбойникам казалось, что это убийство развяжет языки остальным, но вместо этого последовало разочарование – Убитый был единственным, кто мог, хоть что-то знать о кладе...
Досадный промах! Однако вскоре досада сменилась гневом. Последовали новые избиения и жестокие пытки. Выворачивали половые плиты и обстукивали стены в подвале храма, перевернули все вверх дном, но не нашли ничего. Через пару часов поступила весть: От города к церкви движутся вооруженные люди. Потребовалась всего пара минут, чтобы унося с собой лишь самое дорогостоящее из церковной утвари, разбойники исчезли в темноте.
Следствие по делу о разбойничьем нападении на армянский храм, ни к каким существенным результатам не привело.. Было ясно одно; кто-то уверен, что на территории армянского храма Святого креста в Новой Нахичевани захоронен клад и вот еще что...- Какой-то странный рисунок женского профиля с трезубцем!
О том, что это не обычный рисунок, а какая-то карта догадаться было не сложно, но в прямую связывать наличие этой карты с нападением не было никаких оснований, а потому следователи посчитали возможным оставить ее на хранение в архиве церкви.....
Погибший отец Арутюн, не был обычным священнослужителем.. Его знали многие как человека высочайшей степени образованности, ума и талантов. Достаточно сказать то, что Арутюн Аламдарян был первым ректором Московского Лазаревского института восточных языков, а затем ректором Тбилисского училища Нерсисяна. Аламдарян был в дружеских отношениях с А.С.Грибоедовым и М.И.Пущиным, был автором переводческих трудов (Катехизис) и книг посвященных грамматике, теории преподавания и т.д.
Овдовев Арутюн Аламдарян принимает монашество и вскоре Святым Эчмиадзином направляется в Новую Нахичевань в качестве настоятеля церкви Сурб Хач. Здесь отец Арутюн встречается со старым монахом Симоном..... Аламдарян пришелся по душе старику, а тот в свою очередь, испытывал к нему чувство глубочайшего уважения, ибо давно был наслышан о заслугах отца Симона в деле строительства храма и служению в нем со дня его основания.
Отец Симон не отличался многословностью и словно какой-то тайной было окутано все его существо, но познакомившись с отцом Арутюном он преобразился... Вместе, за беседами они коротали долгие вечера и во время одной из таких бесед, старец Симон посетовав на свое здоровье и предчувствие скорой кончины рассказал ему невероятную историю....
Оказалось, что старец Симон, никакой не Симон, да и не армянин вовсе, как это все думали, а запорожский казак Семен и не обычный казак, а связанный клятвой Лыцарь и казначей Запорожской Сечи...
Когда императрица Екатерина издала указ об уничтожении Запорожской Сечи и когда двинулись в их сторону полки генерала Текели, задумали казаки запрятать от греха подальше все свое бессметное золото и драгоценности, словом всю свою богатую казну. Не успели... Пятого июня 1775 года, полки Текели окружили казаков и под угрозой полного истребления приказали сдаться. Раздумывать дали всего ничего – два часа.
Обозы с казною стояли под охраной полсотни казаков-лыцарей и до боли обидно было, словно для сдачи всю ее в одно место собрали... И тут придумали казаки посулить солдатам золото, чтобы те пропустили 50 казаков со скарбом к реке Ингул...
Задуманное удалось! За взятку пропустили без проверки.. Семен с казаками беспрепятственно прошел до реки Ингул, пересек ее и скрылся в лесах.
Все бы на этом и завершилось, но и другие казаки прознали про то, что казна смылась и ай да за ней вдогонку... Целых пять тысяч казаков прорвав окружение догнали Семена.. Это не могло остаться незамеченным и Текели вдогонку пустил целый полк, а еще один полк бросил наперерез, чтоб не дать казакам уйти в сторону Турции.
Не надо было иметь семи пядей во лбу, чтоб догадаться о том, что именно так и будет действовать генерал Текели.. Дабы выиграть время и запутать генерала, решили пустить ложный обоз на юг к Турции, чтобы преследователи двинулись за ними, а еще, чтобы добравшись до места, крутиться в лесах, высвечивать свое присутствие и исчезать, словом делать вид, что ищут пути как-бы незаметно мимо проскочить. Предполагалось, что за это время основной обоз двигаясь на восток, успеет переправиться через Дон, дойти до Каспия и скрыться в Персии. Первая часть плана удалась куда более, чем ожидали.
Захватив ложный обоз, Текели не распечатав бочонки отправил их в Санкт-Петербург и только тогда и там выяснилось, что нет в бочонках ни золота, ни драгоценностей, а сплошь камни да песок... Что там еще было в этих бочонках история умалчивает.
Все знали, что генерал Текели привез императрице казну Запорожской Сечи... Не опровергать же слухи, выставляя позор на показ?
Генерала наградили, а слухи оставили, чтоб слушали... Вторую часть плана, казакам претворить в жизнь не удалось из за Донских казаков. Сильно надеялись запорожцы, что те из солидарности пропустят их через свои земли, но не тут то было - предали дончане своих собратьев казаков...
Всюду конные дозоры отлавливали обессилевших запорожцев и сдавали властям, но даже под пытками не удавалось узнать у них, что либо про местонахождение казны. Собственно говоря, они и не могли ничего знать. Только Лыцари казаков, всего в количестве нескольких десятков, знали местонахождение лесного схрона с казной..
Оказавшись в затруднительном положении, осознавая происходящее и предчувствуя будущее, они позаботились о том, чтобы казна оставалась в целости и сохранности. Идти вперед не было возможности, идти назад не имело смысла, поэтому запорожцы засели глубоко в лесах...
Какой бы не был лес, прокормить такое количество народа он не способен, да и зверь человека за милю чует, да и нельзя все время на одном месте оставаться. Холод, голод и болезни, не считая стычек с дозорами, косили казаков так, что из тысяч сотни остались, а из сотен десятки, а потом и их не стало.. Один только полумертвый казак Семен был найден местными армянами и спасен.
Надежно спрятав, накормив и вылечив, еще долго они обучали его армянскому языку, поскольку понимали, что запорожский говор несомненно выдаст его, в то время как армян, которые и вовсе не владели русским языком было в то время много и было это делом привычным. Ко времени, когда Семен научился с легкостью говорить по армянски, уже были готовы все надлежащие документы.. Так и появился в Новой Нахичевани армянский монах по имени Симон...
Когда в 1782–ом году, началось строительство церкви Сурб-Хач он, монах Симон, принимавший в строительстве самое непосредственное участие, неожиданно понял, что нет более верного и достойного места для этой казны, чем под сенью христианского храма. Перевезя из лесного схрона всю казну Запорожской Сечи, он спрятал его внутри храма...
Более полувека связанный клятвой лыцарь, в надежде на возрождение Запорожской Сечи , свято охранял доверенную ему казну, но теперь, когда иссякли все надежды, как иссякают и отмеренные ему судьбой годы жизни, он решил оставить это богатство наследникам давно уже упокоенных своих спасителей....
Указал ли в тот вечер Симон Арутюну точное место клада или лишь пообещал назвать, точно неизвестно. Однако рассказывают, что монах Симон умер не своей смертью. Будто бы на старости лет, да еще зимой, с несколькими монахами то ли затеял прогулку по лесу, то ли за углем к шахтам ходил, только подвергся он нападению стаи волков. Монахи помоложе отогнали волков, но Симон был сильно изранен и истекал кровью. Старца донесли до храма, но он скончался не успев произнести ни единого слова.
Когда его омывали, подошел отец Арутюн и аккуратно перевернул бездыханное тело. На спине старца была татуировка женского профиля с трезубцем. Отец Арутюн точь в точь перерисовал эту татуировку на бумагу, затем перевернув тело обратно, освятил крестным знамением и молча удалился...
Именно эту бумажку с женским профилем и трезубцем, нашли следователи в день нападения на церковь.. На этом можно было бы и завершить историю, ведь последний из тех, кто точно знал, что именно обозначает этот профиль с трезубцем, погиб так скоро и нечаянно, что не мог кому-либо и что-либо поведать...
Словно сама судьба распорядилась не выдавать тайну Запорожской Сечи и Армянского Храма. Однако история продолжилась..
В 1916-1917 годах, карта оказалась в руках каких-то предпринимателей. В результате для поиска клада было создано акционерное общество, но революционные события не позволили завершить начатое. Предприниматели эмигрировали и увезли с собой карту...
Спустя без малого сто лет, после трагической смерти отца Арутюна Аламдаряна, а именно в самый разгар Великой Отечественной Войны, в оккупированном немцами Ростове, было заведено уголовное дело по факту хищения миноискателя из склада одной из немецких частей.
В качестве обвиняемых были привлечены румынские солдаты, но главное то, что в деле фигурировала странная, на взгляд немецких следователей, бумажка с нарисованным женским профилем и трезубцем, а также то, что задержаны эти румыны были на территории армянского храма Сурб Хач.
Времена были такие, что долго не разбирались, а потому легко и просто расстреляв румын, папку с уголовным делом направили в архив управления СД Нахичевани, где в то время был вынужден служить Христофор Акимович Поркшьян, который в силу специальности, а был он исследователем устного народного творчества армян Нахичевани, оказался хорошо осведомлен и относительно всей этой истории с кладом Запорожской Сечи и о карте с профилем и трезубцем, которая давно уже считалась исчезнувшей, а потому и не мог поверить собственным глазам..
Хотя Христофор Акимович до революции служил присяжным поверенным и школьным преподавателем, то есть был человеком во всех отношениях интеллигентным, он без всякого зазрения совести пошел на кражу и подлог. Быстренько нарисовав на первой попавшейся бумажке профиль с трезубцем, Христофор Акимович заменил, этим своим бесспорно ценным произведением, оригинал который тут же был запрятан в более надежное место.. Именно таким своеобразным методом, Христофор Акимович, внес свою посильную лепту в дело борьбы с фашизмом.. Таким вот образом, эта карта дошла до наших дней. Известно, что поисками казны занимались почти все силовые структуры СССР, но все безрезультатно... Кладоискатели не унимаются до сих пор, роют где можно и где нельзя, но тайна остается тайной...





Категория: Разное | Добавил: arevazian (22.02.2010) E
Просмотров: 3105 | Комментарии: 2 | Рейтинг: 5.0/2
Всего комментариев: 2
avatar
0
1 Эдуард Вартанов • 13:21, 16.06.2010
Казна Золотой Сечи/
В изложении неточности:
- Аламдарян не мог присутствовать при "омовении" покойного Симона - в молодости "запорожского лыцаря", в почтенном возрасте - архимандрита Ованеса (Аргутинский называл его Ованес - черкес и тем подчеркивал его былое, до пострига в монахи, "запорожское" происхождение.
- Симона не надо было "обучать армянскому языку". Первые нахичеванцы (переселенцы из Крыма) армянского языка не знали. Они общались между собой и иными общинами в Крыму, Малороссии и, затем - на Дону на всем понятном "местном" языке предков - крымчан, продуктом столетий социального и духовного утверждения доброты и уважения к любой "языковой" общности. С уважением, Эдуард Вартанов.
avatar
2 Микаэл • 14:00, 25.06.2010
Нельзя ли уточнить, почему "Аламдарян не мог присутствовать при "омовении" покойного Симона"?
avatar
Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Copyright © 2009-2012 Arman Karleni Revazian, Erevan, Armenia. All Rights Reserved.